Быстрей, чем вольный ветер мчится

Вверх по Днепра течению

До пункта назначения.

            И вспоминает анекдот

            Про мух к шлагбауму полёт.

            «Взлетел, лечу. А как садиться?

            Во сне такое не приснится –

Ведь я ж не камикадзе, чай:

Синдэ мар? им?с!⁽³⁹⁾ Банзай!»⁽⁴⁰⁾

Уже прошли днепровские пороги …

А это кто пылит там на дороге?

            На север движется татарская орда,

            Бунчук⁽⁴¹⁾ знакомый, ханская арба …

            «Ахмет?! Ты ж на желанья проиграл

            На Русь не лезть, ну сволочь! Ну нахал!»

Крутой вираж, глубокое пике –

Не дрогнет самовзвод в Руслановой руке.

И во второй руке такой же самовзвод

Не дрогнет … «Кто под ухом там орёт?»

            С испугу у Людмилы пошли воды,

            От перегрузок начал?ся роды.

            Над степью в небе где найдётся повитуха?

            Как пилорама визг Людмилы режет ухо.

«Ну, ладно, подожди Ахмет, я скоро –

Свезу жену до первого забора,

Кому ни есть на руки передам

И вновь сюда ударю по газ?м».

            Так, «горка», «бочка», левый разворот,

            Мощнее дюзы жёнушка ревёт,

            Вираж направо со скольженьем на крыло.

            Ну, вроде Киев, значит повезло.

На бреющем летит Руслан к воротам:

«Эй! Впереди! Раздайся, обормоты!»

Да, физики Руслан не знал –

Никто его, увы, не услыхал.

            Уж коли в восемь раз летишь быстрее звука,

            Тебя услышать – не простая штука.

            По приземленьи, с длинного пробегу,

            Наш штурмовик врезается в телегу.

Вот здесь Руслана выручает сено,

А вот Людмилу мягко шлёпает о стену,

Лишь этого толчка и не хватало –

Дитя Руслану на руки упало.

            В контексте данного повествованья

            Нет у ребёнка пола, имени и званья.

            Хотя, возможно и дана нам будет милость

            Узнать в дальнейшем, что с ним приключилось.

Мамаша же его блажная, Людка,

Отпала в кому, выродив ублюдка.

Что до Руслана … вышел встречь Ахмету.

Без отдыху неделю бились, без просвета.

            Причина вся скрывалась в свадьбе:

            Заминка вышла из-за сабли –

            Подарок будущего тестя

            Вдруг оказался не на месте.

Вот и привёл Ахмет с собой кабак и казино -

Попить с Русланом, отыграться заодно.

Почти что отыгрался – вновь заминка –

Заместо сабли – зековская финка.

            Вот этой самой финкой в сваре пьяной

            И завалил на третью ночь Руслана.

            Ахмет вернулся в степь, женился –

            Руслана череп тестю в дар сгодился.

Вернулся Киев на круги своя.

Так всё и было, Вовка вновь в князьях,

Всю летопись слегка переписали,

До Пушкина дошло – мы сказку изучали.

**********************************

            Коль Вам хватило силы дочитать,

            Пора настала истину узнать –

            Вот так и должен выглядеть в теории

            Ответ в ЕГЭ по мировой истории.

**********************************

А первый реактивный самолёт горой обломков

Дошёл до кратких памятью потомков.

И то лишь потому, что Ющенко однажды

Решил, что археологов отважных

            Давно пора отправить в экспедицию

            Для подтверждения укр?инской амбиции.

            Лишь Тимошенко, Ющенко и я

            Вам скажут правду, милые друзья.

Увы, теперь уже не скоро, Янукович

Издал указ закрыть раскопки, сволочь.

В огонь пошли труды всех изысканий.

Боюсь я, что не вынеся страданий,

            Покинет Юля Тимошенко Украину

            Па пляжах Фл?риды лечить под солнцем спину.

            С большим трудом, порой рискуя жизнью,

            Сей экземпляр сумел сберечь я для отчизны.

В Сибири, укрываясь от репрессий,

Как мог, закончил и теперь пускаю в прессу.

________________________________________________

Глоссарий

1. Сажень – первоначально была равна расстоянию от конца пальцев одной руки до конца пальцев другой.

2. Жмень (жменя) – ладонь с пальцами, согнутыми так, чтобы ими можно было что-л. зачерпнуть, захватить или удержать что-л. положенное, насыпанное.

3. Острог – в XVIII—XIX вв. досудебная тюрьма.

4. Глузд – ум, разум, память, рассудок

5. Калка – 31 мая 1223 года на реке Калка состоялась битва монголо-татар с объединёнными силами русских и половцев. В этой битве погиб Добрыня Никитич (историческое лицо).

6. Кат – мучитель, пытальщик, очень редко принимал участие непосредственно в казнях.

7. Вуц – Род стали, приготовляемой в Ост Индии и отличающейся узорчатой поверхностью и большой прочностью; то же, что булат.

8. Гривна – золотое или серебряное украшение для шеи, весом около 420 гр. Использовалось в качестве награды или средства оплаты, для чего попросту отрубали кусок.

9. Мытня – таможня

10.  Пазух – рубаха спереди, выше пояса.

11.  Малахай – меховая шапка с низким, опускающимся на спину «затылком».

12.  Морфей – древнегреческий бог сна.

13.  Нунтяки (нунтяку) – восточное холодное оружие ударно-раздроб-ляющего и удушающего действия, представляющее собой две короткие палки, соединённые шнуром или цепью.

14.  СэВэПэшник (СВП) – Совет Внутреннего Порядка, состоящий из заключённых, твёрдо вставших на путь исправления.

15.  Евксинский Понт – греческое название Чёрного моря, в переводе означает Русское море.

16.  Стряпчий – прокурор

17.  Кузьмич – самогонный аппарат

18.  Орихалк – сплав золота и меди

19.  max – скорость звука

20.  Мытарь – сотрудник мытни, таможенник.

21.  Гридня – помещение при княжеском дворце в древней Руси, где жила дружина.

22.  Волосянка – галлюциногенный гриб.

23.  Берсе?рк (берсе?ркер) — в древнегерманском обществе воин, посвятивший себя богу Одину. Перед битвой берсерки приводили себя в ярость. В сражении отличались неистовостью, большой силой, быстрой реакцией, нечувствительностью к боли. Берсерки не признавали щит и доспехи, сражаясь в одних рубахах или обнаженными по пояс.

24.  Ганфайтер – «охотник за головами», наёмник по розыску сбежавших заключённых.

25.  Штази – контрразведывательный и разведывательный (с 1952 года) государственный орган ГДР. Было образовано в апреле 1950 года по образцу и при участии МГБ СССР.

26.  Скрыня – сундук

27.  Закут – отгороженный угол в помещении.

28.  Дреколье – деревянный кол, часть забора. Часто использовался в качестве оружия в деревенских драках.

29.  Кистень – холодное оружие ударно-раздробляющего действия. Представляет собой ударный груз (тяжёлую костяную, железную или каменную гирю — било), соединённый подвесом (цепью, ремнём или крепкой верёвкой) с деревянной рукоятью — кистенищем.

30.  Тиффози – спортивные фанаты.

31.  Дюк Ришелье – основатель г. Одессы.

32.  Тьмутаракань – город в низовьях Волги, основанный славянским племенем «ур». В последствии развился в Тьмутараканкое княжество.

33.  Колывань – район Новосибирской области и посёлок, основанный купцом первой гильдии Колываном.

34.  Кибела – богиня прародительница. Обряд в её честь связан с сексуальными оргиями.

35.  Чернореченский завод – цементный завод в г. Искитиме Новосибирской области. В настоящее время ОАО «Искитимцемент»

36.  Трёхполумесячный – по аналогии с трёхзвёздным, но с соответствующим повествованию уклоном.

37.  Самаритяне – народ, упоминаемый в библии, проживавший в Средиземноморье по соседству с филистимлянами. Ему приписывалась невероятная доброта.

38.  Табань – морская команда на гребных судах. Означает приказ двигать вёслами в воде на встречу движению, тормозить.

39.  Синдэ мари имас(у) – при затянувшемся бое самураев, израненного воина добивали с почтением и фразой, означавшей в переводе «прошу Вас умереть».

40.  Банзай – буквально «десять тысяч лет». Имело так же значение клича «ура» в русском языке.

41.  Бунчук – знамя из конского хвоста.

Руслан не рассчитал с карбидом веса!

И по Тавриде раз, должно быть, двадцать

Ему пришлось туда-сюда мотаться.

            Хотя, замечу я, в большом сомненьи,

            Что он держать пытался управленье.

            Вот так и ехал, ничего не зная,

            Куда в итоге вывезет кривая.

Кривая вывезла на южный берег Крыма.

Кабы не море, так и здесь проехал б мимо.

Раздутье щёк с паденьем скорости опало,

Лицо с бульдожьей рожей схоже стало.

            Нельзя сказать: «Герой тщеславен!»

            Противна лесть была Руслану,

            Но он изрядно удивлён

            Отсутствию фанфар, знамён.

Нет демонстраций и парада,

Нет криков, что ему все рады,

И не несут цветов охапки,

И не бросают в небо шапки …

            Какой Руслан проделал путь,

            Один хоть в курсе кто-нибудь?

            «Что, здесь гран-при по мотогонкам

            Вконец приелся вам, подонкам?

Одни футбольные фанаты

Живут в причерноморских хатах?

И все вы, мать твою растак,

Фанаты ФСК «Спартак»?

            Вы киевский спортклуб «Динамо»

            Полюбите сильней, чем маму!»

            Контуженные жители селенья,

            Кто смог преодолеть боль от раненья,

С дрекольем⁽²⁸⁾, с топорами, с кистенями⁽²⁹⁾

Явились у Руслана пред очами.

«Уж и сюда британские тиффози⁽³⁰⁾

Свои порядки фановские ввозят?!

            Въездную визу кто оформить вам посмел?

            Куда министр юстиции глядел?

            Как только вы посмели, хулиганы

            Встать на пути моём, пути Руслана?»

Коли совсем рассказывать вам честно,

Язык его распух и за зубами тесно

И лишь три буквы имени героя

Смогли понять пришедшие толпою –

            Где вслед за речью разгорелась битва,

            «Дюк Ришелье»⁽³¹⁾ есть надпись на граните.

            На постаменте статуя из бронзы

            Сто?т в небрежно-горделивой позе –

Для сохранения каких-нибудь приличий,

Пришлось отбросить всю реалистичность –

Два костыля и вывихнута челюсть,

Заплывший глаз и …           в общем просто прелесть.

            Но, кто бы что ни говорил, –

            Никто его всерьёз не бил.

            Зачем выдумывать такое –

            Пришёл народ, побил героя …

Была всего-то репетиция

Ко дню укр?инской милиции.

Руслану выпало лишь счастье

Принять активное участие -

            На роль виновника аварии

            Был выбран он голосованием,

            А что в процессе увлеклись,

            Порой бывает – это жизнь.

Ну и не надо делать драмы

Из синяков, ушибов, травмы.

Ведь это лишняя причина

Отметить праздник медицины.

            Доставило народу развлечение

            Руслана всенародное лечение.

            Рецепты сплошь народные такие –

            Урино и фекалотерапия …

Из носа прекратить кровотечение?

На шею жгут – вернейшее лечение.

А санитаров, из психушки, руки

С души помогут снять любые муки.

            Роль санитаров местные шаманы

            Исполнили весьма искусно, рьяно.

            Тогда попутно прозвучало изреченье

            О крайности вреда самолечения

И кто-то пробубнил через губу,

Мол, тяжело в лечении – легко в гробу.

Всего ценнее в этой ситуации –

Руслан не дал согласья к операции.

            Так в медицине вывод появился –

            Тот выживет, у нас кто не лечился.

            Благопристойно и прилично

            Руслан врачей категорично

Послал, куда глаза глядят

И где Макар не пас телят.

Засим Руслан был выгнан ими

За нарушение режима,

            Нарушив клятву Гиппократа –

            «Со злобой не входи в палату,

            Дабы не навредить больному …

            Да, как же, навредишь такому –

Он же лечиться не даётся,

Всё матерится и дерётся.

Прощанье с госпитальной койкой

Отметить надо бы попойкой.

            Руслан подходит к драндулету,

            Взглянул в мешок, а фляги нету.

            А больше ничего не взяли.

            Всё здесь, лишь главное украли.

Зачем свинец, какой карбид?

Башка как колокол звенит.

Вот хоть бери семизарядку

Себе в затылок по порядку

            С суицидальным намер?ньем

            Все семь свинчаток с наслажденьем.

            И выпустить с обидой вместе,

            Но надо думать о невесте:

«Какой невесте? Ведь она

Уже законная жена!

Жена? Постой, я что, женился?

Так я на свадьбе чтоль напился?

            Давай-ка рассуждать логично.

            Женился. Ладненько, отлично.

            Но коли размышлять толково

            С женою месяц нам медовый

Не худо провести в круизе.

Иль у неё пошли капризы

И сорвалась в Италию,

Меня послав в Анталию?

            Нет, это просто бред какой-то!

            Женился? Я? Это с чегой-то?

            Так. Помню точно – чья-то свадьба.

            Я помню, думал, мол, удрать бы

Была невеста, был жених

И где-то рядом я при них,

Толь гость почётный приглашённый,

Толь папа чей-то посажённый.

            Сидел себе так чинно, скромно …

            А дальше ничего не помню!»

            Да, дорогой Вы мой читатель,

            Как вышло всё весьма некстати –

Вот так, не лай на докторов

При сотрясении мозгов.

Так и бредёт Русла во мгле,

Соображалка на нуле.

            Как раз тем временем Людмила

            Вопрос с одеждой разрешила:

            «Халатик! Ах! Как от Кардена!

            Пожалуй, это я надену.

На лейбл сперва взглянуть позвольте,

Ни Боже мой, что б от Ле Монти.

Да нет, написано «Версачи» ..

Ну всё, Крещатик, не иначе.

            И ладно. Только б не Тайвань.

            Хоть Польша и Тьмутаракань.⁽³²⁾

            Ведь не румынские ж цыгане

            Кроили-шили в Колывани.⁽³³⁾

И всё равно мне остальное

Не по размеру – всё мал?е.

А в этом ч?дном сарафане –

В кабак, на танцы, да хоть в баню.

            Одев пред зеркалом хламиду,

            Исчезла Людочка из виду,

            И сразу мысль: «Да, точно, в баню!

            В мужскую, вместе с мужиками!

Да в этой дивной кимонюке

Я – прям японская ниндзюка.

Мне это будет очень кстати,

Пусть муж-алкаш храпит в кровати.

            Да я себя не пожалею,

            А княжий род продлить сумею.

            Потом в аренду дочерям,

            Коли родятся, передам.

Чтоб не как прежде перебором,

А тщательным всё шло отбором.

Уроды, не сказать то к ночи,

Родятся у кого короче.

            Так я в отборочный процесс

            Внесу существенный прогресс.

            Скажите тем, кто подурнее:

            «Размер значенья не имеет»,

А я в мужскую баню шасть –

И подберу в размер и в масть».

В тот час, примерно, урки местные

И получили то известие:

            На странном, дескать, аппарате

            Приехал в Крым какой-то дятел.

            И не в себе навроде малость –

            Видать в пути ему досталось.

Хоть с виду он бычок не хилый,

Но таковы уж все дибилы,

Что к?ли подойти толково,

Так безобиднее коровы,

            А драндулет – товар не слабый,

            Возьмём гоп-стопом эту жабу.

            Потом Руслану, в знак почтенья,

            Преподнесём сие творенье.

Мол, наша местная малина

Не слабже киевской скотины.

Так встанем под Руслана руку,

А Черномора сбросим, суку.

            Иль вовсе пореш?м перо

            Ему засунуть под ребро.

            Пришла пора поднять Тавриду

            На поиск черномазой гниды.

Бабла закинуть ханской страже

И поручить искать пропажу.

Вот дело к вечеру, темнеет.

Борз?та местная буреет,

            Подчистив за собой хвосты,

            Идёт дежурить под мосты.

            По подворотням шарит лохов –

            Ночная жизнь шустрит не плохо.

И все мечтают за бока

Заезжего взять фраерка.

Руслан в тот час под звёздным небом

Искал ночлега, пива, хлеба.

            И к постоялому двору

            Мечтал прийти хотя б к утру.

            За сим занятьем очень скоро

            И был замечен сутенёром.

Так на пути его в момент

Всех местных шлюх встал контингент.

Какие позы! Арабески!

Ну прямо просятся на фрески!

            Здесь «Кама Сутре» делать неча –

            Инфаркт мгновенно обеспечен.

            Месопотамская Кибела,⁽³⁴⁾

            И та б от зависти сгорела!

Всем балом правила Фаина.

Меж нами, та ещё скотина …

Известно: строил хан дворец,

Цемент кончался, сей творец

            Решил найти поставщика,

            Узнал, что Файкина рука

            Или нога, иль там чего

            Цемент добудет для него.

Хан к ней. Контракт. В цене сошлись.

Фаины связи напряглись,

Цемент нашли, на цену дёшев,

Но качеством весьма хороший.

            Я Вам скажу, что ц?мент оный

            Везли транзитом фараонам

            На стройку сфинксов, пирамид –

            Цемент был этот знаменит

В стофунтовых его мешках

Везли в Египт на ишаках.

За веком век из года в год

Слал Чернореченский завод⁽³⁵⁾

            За караваном караван

            На стройку самых разных стран.

            Как вдруг такое на пути

            Возникло, что и не пройти!

Пять казино и лохотронов

Стоят на милю перегона.

Путан отборнейших орда

На выбор ажно в три ряда.

            Пивнушка, ресторан, трактир.

            Здесь платный душ, а там сортир.

            Услугу всякую моментом

            Окажут за мешок цемента.

Да только рядом окажись –

И не откажешься ни в жизнь.

Оно, конечно же, завод

Мгновенно поднял оборот.

            Быстрей чем гриб, дворец у хана

            Поднялся над степным бурьяном.

            Всё б ничего, но оказалось,

            У хана денег не осталось

И что б с долгами рассчитаться,

Пришлось с гаремом попрощаться.

Вот так гарем и всё что в нём

К Фаине отошло гуртом.

            Да что там, сам дворец Ахмета

            Пошёл в разменную монету.

            К чему то я, перед Русланом

            Встал контингент жён бывших хана.

Но, коли вспомнить предысторию,

Руслан не мог даже в теории

Свершить что-либо на интиме.

И вот, как евнух, перед ними

            Теперь стоит с бараньим взглядом.

            Навроде сделать что-то надо,

            Но амнезия с импотенцией –

            Коктейль серьёзной консистенции.

А всё же женская краса

Творит порою чудеса.

Диагноз, при леченьи тщательном,

Возможно и не окончательный.

            Про амнезию врать не буду,

            А с остальным случилось чудо –

            Зухра небрежною походкой

            И мертвеца введёт в охотку.

На наслаждения щедра

Крутая линия бедра.

Миг! И, вне всякого сомненья,

Руслана чресла в напряженьи.

            И рассуждать здесь можно долго

            О совести и чувстве долга

            И о грехе прелюбодейства …

            К чему софизм и фарисейство?

Руслан женат? Да Вы забыли –

Ему ж мозги всерьёз отбили …

Господь (!) прибитеньких жалеет,

Неужто мы судить посмеем!?

            И надо же! Удар судьбы!

            Слюна закапала с губы

            В бак аппарата, где карбид

            Уже заправленный лежит.

Тот зашипел ацетиленом,

На автомате газ мгновенно

Руслан огн?вом запалил –

Секунда – и герой свалил.

            Господь избавил дурака

            От сотворения греха.

            Но всё ж злой рок сгущает тучи

            Валя все беды в одну кучу –

Руслан, свернувши в переулок,

Нарвался здесь на местных урок.

Нет, я не стану их винить,

Судить, в последствии казнить –

            За что их призывать к ответу,

            Коль их вины и вовсе нету?

            Откуда знать они могли

            Героя киевской земли?

Был дан приказ: «Ату(!), робяты,

Любого, кто на самокате!»

Нашли и рады – дети, право,

Мол, всё – почёт, бабло и слава …

            Теперь в согласии с инструкцией,

            Без драки отобрать конструкцию,

            А уж затем сыскать Руслана –

            Всё, Киев наш по чистогану.

«Постой, послушай чувачок!

Ты здесь не местный? Новичок?

Уж полночь близко, хочешь спать,

Да не найдёшь где снять кровать?

            Тебя проводим мы, устроим,

            Накормим и тепло укроем.

            Всего в полуверсте отсель

            Трёхполумесячный отель.⁽³⁶⁾

Люля-кебаб и хванчкара,

Да пиво на похмел с утра,

А во дворе стоит гараж.

Туда мы аппаратик Ваш

            Поставим и пусть там сто?т,

            Доколе Ваша милость спит».

            «Вы кто?» – « Да так, самаритяне,⁽³⁷⁾

            Ну, типа , из Самары тянем

По Волге баржи бечевой …

Да чё, браток, ты как не свой?

Оплатим всё, не сумлевайся,

Хоть на неделю оставайся!»

            Ну всё! Похоже уболтали

            И к заведенью пошагали.

            Проходят вдоль турецких бань,

            Как стоп, братва, пришли, табань!⁽³⁸⁾

И вроде нету никого,

А всё ж запнулись за него!

… Княжна в халатике кралась

На поиски «в размер и в масть».

            Моей заслуги, право, нет,

            Что повернулся так сюжет.

            Не автор я, лишь секретарь,

            Дьячок, как бы назвали встарь.

Диктует Бог событий ряд –

Нельзя нам в сторону, назад.

Как факт прошёл – так и отметим,

За прочее – Господь в ответе.

            Людмила мужа узнаёт,

            С досады смачно так плюёт …

            И что же? Да, как раз вот так

            Прямёхонько попала в бак …

Такой автоматизм движенья

Способен вызвать уваженье!

Из дюзы мощно рвётся пламя …

Господь, самаритяне, с Вами!

            Руслан в седле сидит привычно …

            Нет ветра в харю, как обычно,

            Руслан не мало удивлён,

            Хоть в физике и не силён,

Но он на практике узнал

Как ветер рот и уши рвал.

Ведь ясно видит – едет быстро,

Прикинуть эдак, вёрст под триста,

            Слюнявит палец, поднимает –

            Чуть кожу ветер не снимает!

            При опускании, рука

            Прошла как будто сквозь шелка,

А может, паутину, в?лос …

О! Вроде слышен чей-то голос.

Вот донеслось сквозь рёв турбины:

«Куда ты так спешишь, скотина?!

            Решил в степи совсем одну

            Оставить верную жену?»

            «Вот это глюк, да что б я сдох!»

            И в этот миг движок заглох.

А в довершенье безобразий,

Напротив – дом разведки «Штази».

Тем самым часом Черномор

Тихонько крался через двор,

            А вслед кургузому пилоту

            Крыло тащилось дельталёта –

            Пигмей прозрел, что нет дороже

            Ему своей не белой кожи.

Ну и всего, что ей одето,

Пора линять, туда, где лето

Не прерываясь греет спину:

«Да ну их, с ситцем и сатином,

            Европу завалю товаром

            С прегория Килиманджаро.

            Забуду думать о ворье,

            В Европе стану кутюрье».

Тут на пути его к мечтам

И выплыл айсбергом Руслан.

Объятый ужасом, пигмей

Упал на землю средь камней.

            Как там Высоцкий пел про Кука?

            И здесь попался каменюка –

            Ну нет с броском бы задержаться

            Да с мыслью малость присобраться.

Уж верно Черномор б приметил,

Что взгляд Руслана слишком светел.

Не узнаёт его Руслан

Как будто слишком сильно пьян.

            Раздался треск, кусок гранита

            О лоб Руслана пал разбитый.

            Нейронов связи совместились

            И узнаваньем засветились

Руслана голубые очи,

Навроде солнц средь тёмной ночи.

Герой взревел и с чем попалось

Его десница ввысь поднялась.

            И, с визгом, голова Людмилы,

            Как гвоздь, пигмея в землю вбила.

            Слетел с Людмилы балахон …

            Руслан не мало удивлён –

«Нашла ж брюхатая невеста

Явленью время, вид и место.

А, ладно, в Киев возвернёмся

И там, на месте, разберёмся».

            Про негра сразу забывает,

            Невесту и шмотьё хватает,

            Всё к драндулету вяжет крепко.

            Не знал он – с дельтапланом сцепка

Похлеще чем Су-27,

Но вот управился со всем.

Рёв дюзы рвёт ночную тишь …

Руслан! Смотри! Да ты летишь!

            Три maxa?! Хрен Вам! Тут все восемь!

            Мы извинения приносим

            За нецензурность выраженья,

            Но это же от восхищенья!

Как камень воздух по лбу глушит,

Мозг выбивает через уши!

«Кто знает слово «гироскоп»?»

Ежу понятно, наш Руслан

Был, слабо сказано, что пьян.

            Он был в дугу, в сметану, в зюзю!

            Лишь потому не рухнул юзом,

            Что всем знакомая нам сила

            Его надёжно выносила.

Руля руками он не трогал

Покамест, ну и слава Богу.

Ещё добавлю, между прочим,

Быстрее едешь – меньше кочек.

            К чему то слева, а то справа

Ему обруливать дубравы?

Где наш герой поспал немного,

Потомки провели дорогу.

Шоссейку Киев – Семфирополь

Где он дубы ушами хлопал.

В глухой степи, ямщик где сдох,

Русланов драндулет заглох.

            Ещё катился три версты

            И, наконец, влетел в кусты.

            Я чаю, лет через пяток

            Зазеленеет там росток.

Пока же дрыхнет богатырь,

Кругом лежит степная ширь,

Да с севера ведёт сюда

На полколена борозда.

            Со стороны же, где восток

            Зелёный медленный поток

            Ленивую несёт волну,

            Примерно в полчаса одну.

В степи на травке сладок сон

И пусть Руслан был опьянён,

Но вольный ветер хмелю враг –

Мы наконец-то видим знак,

            Указывающий без сомненья,

            На медленное пробужденье.

            Руслан на спину повернулся,

            Взбрыкнул ногами, потянулся.

Ещё немного попыхтел

И, глаз не открывая, сел.

Чихнул, за голову схватился,

Чтоб черепок не развалился.

            С трудом его открылись очи,

            Красны изрядно, между прочим.

            Взор мутный он обвёл окрест:

            «Не знаю что-то этих мест.

Эй, кто там с моей мордой пил,

Всю поизмял и поизбил?

Ну! Выдь, не трону! Покажись

И чин по чину доложись!

            И, коли мы с тобой знакомы,

            Ответь – далёко ли до дома,

            Да как с тобой сюда попали?»

            Но лишь вор?ны услыхали

Его охрипший сиплый рёв,

Что не услышишь от коров.

И снова голова как бубен

Гудит … Руслан опять в отр?бе.

            Вот минул полдень, вечер скоро

            И солнце катит как под гору.

            Орёл наш, витязь наш прекрасный

            Пробился разумом неясным.

Из бреда сна к бредовой яви,

Где на мозги похмелье давит,

Башкой стараясь не качать,

Бредёт вокруг себя искать

            Чего-нибудь опохмелиться …

            И хорошо  б ещё умыться …

            В пяти шагах лежит предмет,

            Знакомый чем-то … Драндулет!!!

Руслан прям бросился к находке

Нетвёрдой, шаткою походкой

На четвереньках … Через час

Достиг он цели и запас,

            В дорогу чем его снабдили

            Руслана руки раздобыли …

            Что в нём? Из ханской сабли финка,

            Доска с заправочной картинкой.

Ещё карбида полмешка …

«О Боже, как трещит башка …»

Вот семивзвод-самозаряд,

А вот родной евоный брат.

            Мешок орехов из свинца …

            «А не послать ли нам гонца …

            Гонца? Да я же здесь один!

            И где найду я магазин?!

Ага!!! Нет! … трубка, два стекла –

Ну явно крыша потекла

У этих зоновских дебилов,

Про главное – совсем забыли!»

            И вдруг нащупал под рукой

            Жбанчок! И вроде не пустой!

            Открыть скорее! Дух горилки

            Поплыл из горлышка бутылки.

Дрожанье рук превозмогая,

Руслан пол жбана выпивает.

Стих шум в ушах, яснеет взгляд.

Наш витязь мало то, что рад.

            Похмелье снято. К речке быстро,

            Умыться чтоб водою чистой,

            Лицом, сгоревшим в солнцепёк

            Макн?ться в свежести поток.

Вот низкий берег мелкой речки.

Руслан бежит, взмывает свечкой,

Без плеска достаёт до дна …

А был бы он не с бодуна

            Мозг выдал бы ему сентенцию

            Реки проверить консистенцию.

            Из сзелен? белёсой грязи

            Руслан с большим трудом вылазит.

Стирать такое – нужен мастер,

Но, как на зло, нет «тёти Аси»,

Так же как «Тайда» или «Мифа»

Песком отдраить – труд Сиз?фов.

            «А коль подумать – слизь не сало,

            Подсохло малость и отстало».

            Подумав так, Руслан к истоку

            Направился сего потока,

Навроде: «Может интересно

Туристам будет это место?

Так я там типа гида буду

При этом непонятном чуде».

            И с двухколёсною машиной,

            Сейчас закинутой за спину,

            Руслан сквозь сумерки шагает

            И помаленьку обсыхает.

Уж ночь к исходу, вдруг Руслан

Увидел холм или курган,

Так, возвышенье небольшое,

По форме сходное с башкою.

            В нём, кажется, истока место:

            «Посмотрим, это интересно!

            Лопату жалко что не взял …

            Расширил бы, подраскопал,

Красиво обложил камнями,

Навес поставил там с кистями,

Туристов быт благоустроил …»

Подходит ближе … Что такое?

            Какой там холм или курган –

            Наиобычнейший калган

            Или иначе – голова.

            Сто?т и, вроде бы, жива!

Вот только чуть великовата,

Примерно так, размером с хату,

А то и вовсе даже с терем:

«Так! Всё осмотрим и проверим

            Допрежь, чем выпускать рекламу

            Оценим эту панораму.

            Я для приезжих ротозеев –

            Хозяин частного музея».

Руслан подходит ближе, ближе,

Живот свело – не быть бы грыже.

Или добавит беспокойства

Желудка и кишок расстройство.

            «Со временем привыкнуть можно,

            Пока же будем осторожны.

            Эк, как его хватило смачно –

            Видать, побрился неудачно.

Со мною так порой бывало,

Но голова не отпадала.

Подкинуть надо б мысль браткам,

Мозгой пусть пораскинут там –

            Бритьё что б стало безопасным –

            Уж слишком выглядит несчастным

            Клиент салона красоты,

            Ширк – и башка летит в кусты!»

Руслан к лицу главы подходит,

А та уж взор с него не сводит –

С арбуз размером каждый глаз,

Зрачок же с вишенку как раз.

            «Да, малый, вроде как наркоша

            И взгляд какой-то нехороший,

            Вот-вот уже начнётся ломка».

            Руслан кричит на ухо громко:

«Торчок! Ты вспомни! По приходу,

Ты замочил толпу народа

И перетрахал раз на семь

Султана крымского гарем!

            Тебе, наркоша, светит вышка,

            Но мы строги не будем слишком –

            Раскроешь нам канал поставки

            И мы внесём в дела поправки.

Пройдёшь по делу как свидетель.

Считай, что я – твой благодетель,

Само собой, скажу по дружбе,

Продвинусь я чуток по службе -

            Дадут очередное званье.

            Отдам я тотчас приказанье –

            Тебя для опытов возьмут

            В сорбоннский наркоинститут.»

Башка молчит, как в несознанке.

Руслан, кривляясь обезъянкой,

На языке глухонемых

Доносит смысл речей своих.

            А чтоб яснее доходило,

            Мозгов его на то хватило,

            Главе, чтоб каждому глазку,

            По пригоршне швырнуть песку.

Руслан наш, к своему позору,

Был чувствам чужд экстрасенсорным,

Но всё ж заметил – кто-то влез

В его мыслительный процесс.

            «Клянусь, чем у меня осталось …

            Что? Голова? Какая жалость…

            Ну так клянусь я головой –

            Перешибу тебя соплёй!

Без лёгких хоть сей тяжек труд,

Волны соплей тебя сметут!

Ты захлебнёшся, хулиган», -

Так молвил бывший великан.

            Соплей расширился поток -

            Руслан от страха снизу взмок.

            Поток горячий по ногам

            Вниз устремился к сапогам.

Взмолился он к главе могучей:

«Эй, тыква на навозной куче,

Котёл с дерьмом вскрозь проржавевший,

Реликт эпохи устаревшей!

            Эк через нос тебя поносит –

            Уж извини, прощенья просим.

            Я ж просто мимо проходил,

            Прости, коль чем не угодил.

Прошу, ответь мне, не видал ли,

Цыгане тут не кочевали?

Я тут от табора отстал …

Так что? Неужто не видал?»

            Но тут опять того пробило:

            «Чего ты косишь под дибила,

            Когда диагноз твой – кретин,

            А значит путь тебе один:

Иди на север. При удаче

Найдёшь Канальчикову дачу.

Сегодня Кащенко дежурит,

Излечит всех, кто дурку дурит.

            Брось чушь молоть, скажи мне смело

            Куда и по какому делу

            Прёшь через степь на драндулете,

            Прямом прообразе ракеты?

Я зрю, как ныне, сквозь века –

Москальская возьмёт рука

Прообраз сей и ринет в небо,

Соединив и быль и небыль.

            Забудут москали сказать,

            Что драндулет сумели взять

            У вас, у киевлян наивных.

            Да только б это … Много дивных

Ещё вещей у Вас возьмут,

А Вас совсем в дерьмо вомнут

И будут требовать от Вас

Уплаты за горючий газ».

            Руслан: «Ты кто? Скажи мне честно,

            Что даль веков тебе известна.

            Ты был, должно быть древним богом,

            Коль так тебе известно много?»

И вновь мозги Руслана в пену

Уносит мыслеряда сцена –

Снега высоких Гималаев.

«Тибет – страна моя родная.

            Я раньше был индийским йогом,

            Бродил себе по всем дорогам

            И, постигая суть вещей,

            Собрал всех азиатских вшей.

Но понял вдруг – пустое брюхо

К ученью истинному глухо.

И отвлекают нужды тела

От основного в жизни дела.

            И вот, сумев сие познать,

            Я тут же ринулся копать

            Глубокую могилу плоти

            И пусть земля её поглотит.

Оставив только чистый разум,

Проблемы все решил я разом.

Но прежде саморасчленёнки

Посеял я чуть-чуть в сторонке

            Делянки с маком, коноплёю,

            Не ведать дабы перебою

            С духаном, сладким обонянью

            И, облегчающим страданья

От одиночества годами,

Да пыли, что несёт ветрами.

Так, иногда, летают птицы,

Бредут, вроде тебя, тупицы.

            Вот кстати, я прошу – убей

            Пару десятков голубей.

            Ты знаешь, как они достали –

            Уже весь череп задристали.

Меня серьёзно беспокоит

Начало стойкой паранои –

Везде, куда ни брошу взгляд,

Мне кажется – за мной следят.

            Руслан, сумеешь по пути

            Мне кокаинчику найти?

            Страна лежит за океаном.

            Там коки много, как бурьяна.

Хоть континент и не открыт,

Но контрабандный путь лежит

Оттуда уже много лет,

Как от атлантов нам привет.

            Пройдёт веков ещё немножко

            И привезут сюда картошку

            И помидоры с кукурузой

            Прибудут контрабандным грузом.

Откроет этот путь неблизкий

Из Львова хлопец – Голуб Христя.

Оттуда привезёт табак

И следствие куренья – рак.

            Ещё … Нет! Это тебе рано!

            Ведь ты же разболтаешь спьяна,

            Как славный черноморский флот

            Раздор в умы людей внесёт.

Ну, ты покуда птиц пошлёпай,

Твоим займусь я гороскопом,

Чтоб на ближайшие дней пять

Ты будущее смог узнать».

            Наш герой с земли встаёт,

            Две пулялки достаёт,

            С?дит в македонском стиле

            Голубям в хвосты и крылья.

Кто сказал, что птицы дуры?

Хоть и перья вместо шкуры,

Чтобы жизнь свою спасти,

Научились враз ползти

            По пластунски и змеёю,

            Коль свинцовый ветер воет

            Так, что клюва не поднять.

            Ну, ганфайтер, твою мать!

Расползлися по оврагам

И сигналят белым флагом,

Типа: «Вир капитулирен,

Шиссен нихт, герр официрен!»

            Череп шлёт им ультиматум,

            Чтоб летели к сельским хатам

            И на долгие года

            Зареклись летать сюда.

«Что ж, стреляешь ты толково,

Теперь слушай моё слово.

Объясню тебе дорогу

К черноморовским чертогам.

            Коль пойдёшь отсель правей –

            Там есть семь богатырей

            И царевна спит в гробу.

            Не раскатывай губу!

Говорю тебе любя:

Шмара та - не для тебя.

Ты хлопот не оберёшься,

С Елисеем коль столкнёшься.

            И не вздумай ехать прямо –

            Там лежит земля Салтана.

            Загружать начнут не в тему.

            У тебя свои проблемы.

Чтоб остаться при своих –

Двигай строго между них».

Придёшь на южный берег Крыма -

Задумайся. А может мимо

            И проскользнуть не приближаясь

            Спокойно, тихо, не сражаясь.

            Присядь, подумай у ограды –

            Зачем тебе всё это надо!?

Забей, забудь, дыши ровнее,

Спокойней станешь, здоровее.

Своя рубашка к телу ближе.

Стань поскромнее и пониже,

            Бомжуй, да собирай бутылки,

            Подумай: что тебе Людмилка?

            Считаешь от тебя брюхата?

            Тогда ты точно лось сохатый!

Забыл небось, на поле бранном

Сошёлся ты с китайцем Ваном,

Его удары и бросок –

Ты ж стал бесплоден как песок.

            А Черномор, он хоть и м?лок,

            Шустрее всяких кошек, белок.

            Арнольда тренажёрный зал

            Он ежедневно посещал.

Ещё я слышал, он русбою

Обучен бабкою слепою.

Значок таскает «Мастер спорта».

Но это, думаю, для понта.

            Тренировал его Чак Норрис.

            Брюс Ли же выдал чёрный пояс

            И подписал сертификат …

            Остерегайся! Так-то, брат.

Все действия с доской сверяя,

Руслан карбидом заправляет

Трубу чудесной колымаги

И за водой идёт к оврагу.

            Вот приближается к откосу,

            Глаза круглеют, как колёса –

            Там, коли взглянуть практически, -

            План обороны стратегический:

Окопы, блиндажи и ДЗОТы

Пернатой вырыты пехотой.

«Да! Были б голуби вояки –

За две недели штурмов, драки

            Дружины русской всей земли

            Такое взять бы не смогли.

            Срисую. Юрка Долгорукий

            Построит где-нибудь от скуки.

Он хочет в северном краю

Столицу основать свою.

Вот и напишет – града планы

Ему составлены Русланом».

            Закончив план, в овраг спустился

            И наконец таки помылся,

            Затем одёжу постирал.

            Сей тяжек труд – Руслан устал.

Прилёг поспать, допрежь чем в путь,

Совсем не худо отдохнуть.

Так, на песке у ручейка,

Оставим мы его пока.

            По курсу чеховских «сестёр -

            На юг, на юг!» - Нас ждёт простор

            Степей Тавриды, там у моря

            Случилось с Черномором горе.

Всё шло сначала точно в масть –

Сбежать с тюрьмы, княжну украсть,

Хламиду стырить, дельтаплан

Доставить в мафиозный клан.

            Сюжет, достойный Толкиена.

            Его б он вставил непременно

            Главою в «Сагу о кольце»

            Иль в середине, иль в конце.

Но на Руси так повелось –

Всё, что красиво началось,

Кривым помчится дальше скоком,

А вылезет и вовсе боком.

            Наш Черномор на сходнячк?

            Отчёт толкает о скачк?

            И потихоньку замечает –

            Неласково его встречают.

Вопросики со смыслом, типа:

«Прививки от свиного гриппа

И не забыл ли по пути

Ты карантин какой пройти?

            Ещё б нам знать не бесполезно

            О венерических болезнях –

            У бабы той, что ты привёз,

            Наверняка их целый воз».

Экспрессом, с голубиной почтой,

Пришла малява, пишут вот что:

«Щемись, братва! Хана халяве!

К вам чешет правильный легавый.

            Вся киевская зона сучья

            Шныряет у него в подручных.

            Его претензии - к арапу,

            Что с общака добро прихапал.

Чтоб лишний не поднялся шум –

Сдавайте негра и костюм

И всё, что стырил этот мелкий,

Иль назначайте с нами стрелку.

            Кончаем этот балаган,

            Легавого зовут Руслан.

            Вы видели британский флаг?

            И с вами будет точно так».

Пока все слушали маляву,

Пигмея вроде как слизало.

Утёк и сныкался на хазе

Агентов из разведки «Штази».

            В тот час и Людка оклемалась,

            Глаза продрала, прозевалась,

            Пошла искать чего пожрать,

            С кем в «папу-маму» поиграть.

Но результатом изысканий

Ей и досталось только знанье,

Что вроде здесь не терем княжий,

Да и постель – не пух лебяжий.

            Вон дверь висит на косяках,

            Добр? ещё не на замках.

            В окно солёный дует ветер

            И камень стен уж больно светел -

Чай не кирпич из жжёной глины,

Пол – не морёный дуб старинный

И мебель не из кипариса,

Цветы – не ландыш, а нарциссы.

            Короче, надо делать ноги

            Скорей от этого порога.

            Вот только в подвенечном платье

            Заметят враз и мигом схватят.

И я скажу Вам без сомненья:

Пришёл черёд для поясненья –

Прекрасно н? слово «блондинка»

Рифмуется сейчас «кретинка».

            Была блондинкой и Людмила,

            Но у неё ума хватило

            Пойти и поискать сундук –

            Одежда в нём найдётся вдруг.

Полдня над мыслью просидела

И наконец взялась за дело.

Искала в печке, под столом

И под кровать залезть не влом,

            Пошарила под табуретом,

            Везде искала, только где там …

            Дабы обдумать всё, присела

            На то же место, где сидела.

Решила ножкой поболтать.

Бум! «Больно-то, ядрёна мать!»

Глухой такой короткий звук

Раздался под Людмилой вдруг.

            «Что это? Я пускаю газы?» -

            Возникло в голове не сразу –

            «Так был бы запах. Его нет.

            И в чём же кроется ответ?»

Встаёт и тут находит скрыню –

Раздумий тяжких героиня

Теперь, почти не суетясь,

Людмила крышкой занялась.

            «Куда, конечно, было б лучше

            Открыть зам?к, найти бы ключик.

            А так ломать – сломаешь ноготь.

            По правилам ТБ, должно быть,

На этот случай есть статья,

Но, жаль, её не знаю я».

Взяла свечу длиной в два фута

И стала шарить по зак?там.

            Как минул некоторый срок,

            Людмила вспомнила урок,

            Где ей упорно объясняют,

            Что свечи часто зажигают

Иначе светят они плохо …

Людмила начала со вздохом

Искать огн?во по светёлке –

Чай не в стогу искать иголку.

            Нашла огн?во в сундуке,

            Держа его в одной руке,

            Второй рукой свечу берёт

            И … разевает настежь рот …

«Я явно в доме дурака –

Стоит сундук и без замка!»

В такой ужасной ситуации

Другая впала бы в прострацию.

            Не такова была Людмила –

            Её лишь в обморок свалило

            От непривычки к мыслям длинным

            Да и работа утомила.

А мы опять метнёмся в степь,

Там, подремав, Руслан окреп

И, шлемом зачерпнув воды,

Продолжил прежние труды.

            Поднялся н? верх по откосу …

            И чуть не приболел поносом –

            Стоит карбидный драндулет,

            А головы с ним рядом нет!

Делянки с маком, коноплёю

На месте … «Что ж это такое?

Неужто от душевных мук

Схватил я этот странный глюк?

            Так нет! Вот здесь она стояла,

            Вот то, что из носу бежало».

            Вновь мозг Руслана задрожал

            На мыслеряд: «Ушёл в астрал.

Не жди меня, один обедай,

Я и на ужин не приеду.

А впрочем, думаю, три дня

Не ст?ит ждать тебе меня».

            С трудом закрыв руками рот,

            Припасы наш герой берёт,

            Свой драндулет дозаправляет

            И сам с собою рассуждает.

«Ну и подумаешь – астрал …

Я на буддизм на твой начхал!

Сначала вегетарианство,

Неравный бой с повальным пьянством.

            И что? По этому пути

            Нам к демократии идти?

            Пусть так это в двадцатом веке

            Гнобят в России человека!»

Лежит Руслану путь далёк …

В трубу влетает уголёк –

Степную тишь взрывает рёв.

Руслан! Удачи! Будь здоров!

            Руслан открыл глаза немножко:

            «Что ж я не выпил на дорожку?!

            Езда без личного шофёра

            Из моды выйдет очень скоро!»

Вновь треск трёхвековых дубов.

Ты как, Руслан, ещё здоров?

Молчишь? Молитвой занят, знать …

Ну-ну, не будем отвлекать.

            Летя широким полукругом

            Чуть на восток, с забором к югу,

            Пролёг путь з?млями Салтана,

            Пораспугав с границ охрану.

И сам Салтан вполне мог сдаться,

Надумай коль Руслан остаться,

Да слишком скорость высока …

Живи, Салтан, царём пока,

            Заделай в стенах две дыры

            И царствуй с миром до поры.

            А богатырскую дубраву

            Ждала жестокая расправа –

Там целлюлозному заводу

Сырья хватило бы на годы.

Все в бой пошли богатыри,

В живых остались только три.

            На васнецовском полотне

            Рисованы как раз оне,

            Дошедшие до нас в сказаньях,

            Народных песнях и приданьях -

Илья, Добрыня и Алёша

Пред щепками от прежней рощи.

А Елисей, я как-то слышал,

На то побоище не вышел.

            Руслан и вовсе не заметил,

            Что по пути кого-то встретил.

            Ни «здрасте вам», ни «до свиданья» -

            Ну никакого воспитанья!

Вся окрестная босота

И увидела столы …

Все отскоблены, белы.

            На столах стоят бутылки,

            В них горилка на опилках.

            Совершенно всё по русски –

            Выпить есть … но нет закуски.

По традиции, как встарь,

На весь стол – один сухарь.

«От, на княжьи то хлеба

Набежала голытьба.

            Выпили и будьте рады –

            Пьяных в штабель у ограды

            Сложим всех, в согласьи с ГОСТом,

            И по весу, и по росту».

Голытьба назад сбежала,

Не совсем, принесть чтоб сала,

Шасть! И вдругоряд идут –

Мытари уже их ждут:

            «Стратегический запас

            Нехрен тратить всякий раз!

            Коль излишки завелись –

Изволь, с князем поделись!

Закусить хотели сальцем?

Вот и слизывайте с пальцев!»

            Как мы видим, наш герой

            Всем устроил пир горой,

            Только сам сидит забытый,

            Ест совсем без аппетита.

Для начала, натощак,

Съесть пудовый бешбармак,

Да оленя с вертел?

Голодуха помогла …

            Вспоминает с содроганьем

            Церемонию венчанья –

            Пьяный поп, как кистенём,

            С маху снёс дверной проём,

Всех облил лампадным маслом

И вином каким-то красным.

Объявил скончанье века,

Принёс в жертву человека

            И, как службы завершенье,

            Всех призвал к самосозженью.

            Помянул Святую Мать,

            Как не надо поминать,

Всех затем благословил

И к монашкам отвалил.

А теперь кто даст ответ –

Ты обвенчан или нет?

            В этот самый миг жиганы

            И предстали пред Русланом.

            Ленты режут с упаковки,

            Разворачивая ловко

Новый чудо-агрегат –

Самогонный аппарат.

(В Туле их потом не даром

Называли самоваром.)

            Вот и свершилося явленье …

            Но, что там? Светопредставленье?

            Не зная слова «абордаж»,

            Но заложив крутой вираж

И не щадя души и тела,

В окно влетает наш Гастелло.

Проделав семивёрстный путь,

Едва успев разок вздохнуть,

             Князь сквозь витраж влетает в гридню.

            Рекорд, опять же, очевиден.

            Сим достиженьем упоён,

            Такую речь толкает он:

«Секи, бакланы, сявки, кодла …

Какую я измыслил шкоду –

Меняю и скафандр и крылья

На княжью власть и на всесилье!»

            Не зря провёл на зоне время –

            Четыре слова знал на фене.

            Вот гнида! Так и не сознался –

            В полёте вновь отшлаковался.

Братки от тех речей в отпаде,

Всё ж не осталися в накладе

И, словно сидя на измене,

Ему в ответ без всякой фени:

            «Вот Вы, что так похож на князя,

            В приличном окруженьи разве

            Дозволены такие речи?

            В рот Вам от геморроя свечи!

Вам что? Грибочков «волосянки»

На завтрак п?дали с овсянкой?

Аль контрабандных мухоморов

Изволили откушать с гору?

            Берсерков только не хватало –

            Забот нам без варягов мало …

            Случаем гражданин не Рюрик,

            Что к нам спустя сто лет зарулит?

Ваш б след нести культуру в массы …

Не уж-то приболели часом,

Аль в результате испытаний

Не вынес разум Ваш страданий?

            Хватили перегрузок слишком

            И вот, подвинулись умишком –

            Извольте выражаться проще

            Эв?на как Вас здесь полощет …

Склероз догнал скорей инфаркта?

Церковно-приходскую парту

Изволили суметь забыть?

Диагноз можем изменить …

            Нашёлся тоже, Циолковский …

            Тобой займётся Склифосовский!

            Ну, расскажи нам, Королёв,

            Кто автор этих вот крыльёв?

И кто Руслану их в презент

Принесть желал в апартамент?!

Решил ты, коли полетал,

Так ангела навроде стал?

            Любимый Бога ученик?

            Ты – наш великомученик!

            Всё! Крылья снять и марш в острог,

            Жаль не накинуть тебе срок.

Но всё ж должны тебе дон?сть

Довольно радостную весть

Помимо твоего хотенья,

Другие ждут изобретенья!»

            Отстёгнутый от дельтаплана,

            За «сявок, кодлу и бакланов»

            Ответил князь всему народу

            И за ногу снесён ко входу

Тем временем к себе Руслан

Решил примерять дельтаплан,

Но не успел. Его браток

Свёл в сторону за локоток.

            И там, в сторонке, сунул в руку

            Преинтереснейшую штуку.

            Навроде как бы арбалет,

            А всё же так-таки и нет.

Руслана же ввела в прострацию

Техническая документация

На портативный самовзвод –

Семи зарядный камнемёт.

            Его система наведенья

            Своё опережала время –

            Посредством разных призм, зеркал

            Он тонкий лучик испускал

Так, что за тысячу саженей

Нельзя промазать по мишени.

А весом был с четыре гривны,

Бил и навесом и настильно.

            И быку четырёхлетку

            Навылет бъёт грудную клетку.

            А коль стрельнуть ему меж глаз –

            Заряд найдёшь в хвосте как раз.

«Смотри! Вот с этого конца

Он шарик мечет из свинца

Размером с греческий орешек,

Он в стенах пробивает бреши.

            Сейчас же заряжён особо –

            Шарами войлока, для пробы.

            Мишень как раз перед тобой.

            Проверь на точность, кучность, бой.

Да не проси открыть оконце,

Не так важн? прицелу солнце.

Ты помести в него хоть свечку,

Хоть уголёк с костра иль печки.

            И всё! Саженей за три сотни

            Лупи спокойно по пехоте.

            Мишень готова к испытаньям?

            Эй, не изображай страданья!

Заряд ещё не полетел,

А ты уже с лица сбледнел.»

Русланов палец жмёт крючок.

Пронзает войлока клочок

            Пространство в семьдесят аршин

            И бывший града господин,

            Ногами пола не касаясь,

            На двор из гридни вылетает,

Преодолев саженей двадцать.

«Да! С этим можно отстреляться

От полчищ самог? Батыя,

На что уж там стрелк? крутые!»

            Зря мы забыли Черномора …

            Преодолев острога створы

            В миг, как летел из гридни князь,

            Пигмей ему навстречу – шасть.

И поскорей пешком под стол,

А там уж не спеша пошёл

Меж псов, что раньше грызли кости

Под стол бросаемые гостем.

            Напомню Вам – на этой свадьбе

            Пирующие были б рады

            Листку капусты, лука перьям,

            Но всё осталось там, за дверью.

И псы голодными глазами

Следили жадно за гостями.

Ягнёнок бы, и тот взъярился

Когда б нахлебником явился

            Какой-то странный недомерок …

            Псы сорвались! Простим уж зверю

            Нечеловеческую ярость

            Что негру испытать досталось.

Из шага перейдя в карьер,

Собакам он явил пример

Отменной прыти и сноровки.

Клыков избегнув быстро, ловко

            Он добежал до ног Людмилы.

            Та на руки его схватила,

            Приняв сначала за дитя.

            Однако, что-то не шутя

Вдруг напряглось в её ладонях …

«Хотя сам мал – во мне утонет,

Но всё ж отдельной своей частью

Он, верно, пользоваться мастер»

            Фату скорей с себя снимает,

            В неё пигмея пеленает,

            Из-за стола бежит в светёлку

            Дабы разведать втихомолку,

Что это вдруг её смутило

И дрожью тело охватило.

Лелея смутную мечту,

Людмила в клочья рвёт фату …

            Но острый приступ токсикоза

            Порою посильней наркоза.

            Пигмей, в жизнь претворяя план,

            Бежит притырить дельтаплан.

Вбегает в зал, там все уж пьяны,

Лишь не видать меж них Руслана –

Ушёл к друзьям своим острожным,

А там уж агрегатик сложный

            Его вниманью предложили …

            И очень этим удружили …

            Шедевр – чудо на колёсах,

            Одна вперёд другой две оси.

Всего по колесу на ось

Узреть Руслану довелось.

Поверх колёс труба крепилась

И с заднего конца дымилась.

            Лишь запах выдаёт – карбид,

            Водою смоченный, дымит.

            Руслану сразу заясняют

            Что эту дымку поджигают

И пламя, вырываясь с рёвом,

Сей агрегат весьма толково

Вполне способно разогнать.

Но не мешало б испытать.

            Есть среди нас один без страха:

            «Эй! Где ты спрятался, Шумахер?

            Явись, чинами не считайся,

            Шагай, давай не упирайся!»

С трудом сломив сопротивленье,

Сажают князя на сиденье,

В трубу бросают уголёк …

Не думайте, что князь замолк –

            То пламени надсадный рёв

            Не дал расслышать его слов.

            В них – указанье направленья

            И дальновидные вид?нья.

            И, что вернись он вновь ко власти,

            В момент изведали б мы счастья …

Дан старт, отжаты тормоз?,

Князь, закатив под лоб глаза,

Мотает на колёса вёрсты.

После полётов – это просто.

            Руслан от зрелища в восторге,

            Ему с карбидом тащат торбу

            И технологию заправки

            Рисуют у стены на лавке.

К заутрене стих драндулет,

Пыль улеглась … Острога нет!

Венцы из брёвен, что в обхват,

Щепою на земле лежат

            И наш, не ведающий страха,

            Стоит … В зубах - от лавки плаха,

            Та, где заправки поясненье …

            Взяло Руслана умиленье.

Его решением тогда

Был создан знак «Герой Труда».

На толстом, тополёвом спиле

Чего-то наспех начертили,

            На шее цепью приковали.

            Чтоб, значит, сразу узнавали

            И выше почитали званье

            Героя соцсоревнованья.

Мы отвлеклись слегка от темы,

А Черномор не тратил время.

Он дельтаплан спокойно взял,

К нему Людмилу привязал

            И над днепровской вольной ширью

            Летит, орлом расправив крылья:

            «Подумать, кто Руслан без Людки?

            Хоть та беременна ублюдком,

 Да всё ж законная княжна

Для власти в Киеве важна.

Киднепинг удался на славу!

Родит – в детдом ублюдка сплавлю,

            Женюсь и в Киев править сяду

            Законным мэром в стольном граде.

            Кепон пошью, как у Лужкова …

            Ну, зарываюсь! Что ж такого?

Я ж не ломлюсь до Пиночета …

О диктатуре – в мыслях нету.

Создам-ка лучше горсовет

И пусть за всё несёт ответ».

            Как раз тогда Руслану в руку          

            Суют ещё такую штуку:

            Навроде трубка … с двух сторон

            Есть стёклышки навродь окон.

Направишь, глянешь – вот зараза!

Всё в сорок раз приблизит сразу!

Руслан забавой увлечён,

Трубу на Днепр направил он.

            И что он видит? Дельтаплан

            Летит на юг, как ураган.

            Под ним – жена висит подушкой

            На ней сидит вроде лягушки

Упырь какой-то черномазый …

Мутнеет у Руслана разум.

Дрожит в руке семизарядка.

С бедра, не целясь, без порядка

            Летят шесть войлочных шаров –

            Руслан был к бою не готов.

            Вдруг крик раздался: «Этот гад

            С собой притырил маскхалат!»

Костюм – мечта для казнокрада,

Пролезешь в нём везде, где надо.

К какой поверхности приткнёшься –

С той моментально и сольёшься.

            Собакам отшибает нюх

            И даже музыкальный слух

            Не сможет уловить ни звука …

            «Увёл, паскуда, падла, сука!!!

Мы б в нём Царь-градскую казну

Подчистили за ночь одну.

Руслан, не в кипежь, по пути,

Попробуй куртачок найти?»

            Ну, а тому куда деваться?

            И обещает постараться:

            «Идти-то всё равно придётся,

            Авось костюмчик и найдётся.

Не ошибиться бы, что взять.

Не худо бы приметы знать».

«Там под Юдашкина покрой,

А швы – диорской мастерской.

            И пуговицы как у Гуччи.

            Да к лейблу присмотрись получше,

            Что б не китайская подделка –

            «Мейд ин чайн?» строкою мелкой».

Руслан же: «Что за, срань Господня,

Мне утро выдалось сегодня –

Не выспавшись, без похмеленья,

Не получив благословленья,

            Тащиться хрен его куда …

            Вот бутер, лажа, лабуда!!!»

            А собираться всё же нужно …

            Все сели, выпили за дружбу,

На ход ноги, на посошок

И стремянную стопашок.

Затем полжбана на росст?ни:

«Покеда, кореш, до свиданья!»

            Верхом на чудо-аппарате

            Наш байкер вдоль по шляху катит.

Я смотрю на тебя, блядь, Маринка
Или Ксюшка, да, впрочем, мне пох.
А в глазах твоих та же блядинка,
И я снова повелся, как лох.